Интервью с... Ирина Чуднова
Интервью с... Ирина Чуднова
2 мая 2018
Ведущий рубрики: Сергей Касатов
Здравствуйте.
Здесь и сегодня я предлагаю вам познакомиться с очаровательной женщиной, художницей слова и геологом - Ириной Чудновой. Наверное, в этот раз вопросы мои получились совсем пресными, а речь Ирины – особенно богатой и многогранной. Так я и не смог, как не пытался, ввернуть какой-нибудь «психологический» вопрос. Читая ответы, я каждый раз понимал, что, во-первых,…. , а во-вторых, Ирина и без меня разберётся, когда и что «ввернуть».
СК
Поехали. Здравствуйте, Ирина. Давайте сразу выясним, как вы решили, что китайцы вам ближе, чем соотечественники?
Ирина Чуднова
Случайно. Мне предложили поучиться за границей. Из предложенных стран выбрала Китай, потому, что страна большая, геология разнообразная. Подала документы и забыла об этом. А летом 1993-го пришло сообщение, что меня одобрили. И я решила, поеду, посмотрю, не понравится -- вернусь обратно. В 19-ть лет — это довольно просто, особенно, когда ничего такого не держит. И поехала. А потом год наматывался на год, и как-то так получилось, что обе страны менялись -- Россия в одну сторону, Китай в другую. По малодушию и в силу обстоятельств из науки ушла, стала заниматься переводами. Вот так и прошло много лет. Вспоминаю об этом обычно 9-го сентября, отсчитываю новую годовщину.
Теперь о том, ближе ли мне китайцы, чем соотечественники. Я в целом не рассматриваю людей, только в частности, поэтому так сказать не могу, что одни ближе других. А культуры обеих стран мне весьма дороги. Русская моя по праву крови и почвы, китайская по праву вложенных сил и сердца, (ни одной нельзя поступиться).
СК
Где нынче трудитесь, если не секрет, чем занимаетесь?
Ирина Чуднова
Сейчас работаю в издательстве SINOLINGUA, продвигаю китайский язык и китайскую культуру за пределами Китая - так называется должность. В стихах стал частым образ "книжной пыли", это влияние рабочих будней.
СК
У вас, как у поэта, лингвиста серьёзное преимущество, ведь вы можете оценивать родную поэзию и классическую и современную изнутри другой культуры. Я не говорю о менталитетах. Как изменилось твоё восприятие поэзии российской, советской?
Ирина Чуднова
Сразу оговорюсь -- я не лингвист. По образованию я -- геолог, всё остальное следствие интересов и природной склонности.
Трудно сказать, как изменилось. У меня весь опыт взрослой жизни в основном китайский, я с 19-ти лет живу в этой стране. До Китая знала русскую литературу в рамках школьной программы и чтения. Поскольку стихи писать начала ещё в школе, разумеется, интересовалась и классикой, и современными авторами, и переводной литературой, у меня в семье выписывали толстые журналы, а также почему-то "Литературную газету", и ещё ряд изданий по возрасту -- "Пионер", "Костёр", "Пионерскую правду", потом "Смену" и "Студенческий меридиан", были подписки и на библиотечки, как приложения к периодическим изданиям, ещё очень вовремя пришла перестроечная публицистика, в том числе высокого литературного качества, такая была в "Огоньке". Опять же, мне повезло, я всегда много общалась с людьми старше меня, в том числе и с теми, кто мог дать верное направление ищущему уму и сердцу. Но, жила я в провинции, круг интересов был широкий, в те же годы я увлекалась историей (археологией), геологией и науками о Земле, но не русским языком, а просто была потребителем (в хорошем смысле) художественного слова.
Когда я приехала в Китай, мне нужно было в этом новом мире за что-то зацепиться, чтобы выжить и прижиться, чтобы суметь сперва не потерять себя, а потом себя найти среди хоть и большого, но всё же провинциального города. В первый год я учила китайский язык. Учила с нуля, в довольно своеобразном процессе, рассказывать об этом долго, я в своё время написала очерк "Ли Бо "Сы Гу Сян", как раз об этом первом китайском годе. Из понимания, насколько важен язык, как средство коммуникации и ключ к культуре другой страны, лучше понимается и то, насколько важен свой собственный язык, тем более, что почти всегда так или иначе возникает возможность немного побыть и в шкуре преподавания своего языка, как иностранного. Невозможно не рефлексировать на эти темы, и, многие годы в достаточно замкнутом пространстве культурного общения вырабатывают собственное отношение к подобным вещам. Во многом дилетантское, но я ведь действительно не лингвист.
В 2001-м году я переехала в Пекин. Накануне 11-го сентября. Первые восемь лет в Ухани, определяются в моём личном отношении словом "Волшебная гора" по названию романа Томаса Манна, там герой как раз проводит 8 лет в замкнутом мире туберкулёзного горного санатория, а потом спускается оттуда и начинается Первая Мировая война. Вот я закончила обучение, защитилась и переехала в столицу Китая, собираясь заниматься наукой, и тут начал меняться и мир, и моё окружение, и жизнь. Я начала зарабатывать переводами, но культурные возможности стали гораздо шире. В середине нулевых я увлеклась фотографией и визуальными искусствами, довольно много поездила по стране и окрестным странам, что очень расширяет горизонт. В Азии очень много происходит интересного в культурном плане, стоит только интересоваться этим. Поэтому я стараюсь не пропускать такие возможности, и крайне ценю новые знакомства с людьми культуры и искусства, благо они у меня есть.
Возвращаясь к вопросу -- "как изменилось?" -- в двух словах: оно сформировалось именно тут. Я продукт четвертьвековой жизни в Китае. И продукт живейшего интереса к китайской и русской (особенно современной) культуре, эта разность потенциалов всегда есть в моих стихах и прозе, и я бы считала даже именно её ключом, открывающим более глубокие слои моих текстов.
СК
Кто для вас самый "китайский" писатель из известных отечественных?
Ирина Чуднова
Есть писатели, связанные с Китаем напрямую, это наши китаеведы, люди, которые имеют прямое отношение к китайскому языку и культуре. Могу назвать Ван Зайчика (тандем Вячеслава Рыбакова и Игоря Алимова), Мастер Чэнь (Дмитрий Косырев), Владимир Малявин, Бронислав Виногродский, с которым я сотрудничала в работе над одной из его книг. Лично не знакома только с Малявиным, с остальными имею возможность общения.
СК
Я не напрасно поставил слово китайский в кавычки. Есть ли среди наших известных творцов те, чьи произведения наиболее, скажем так, близки по духу, атмосфере, мировосприятию к китайской литературе?
Ирина Чуднова
Зависнув на четверть часа, поняла, что сходу такого автора назвать не смогу. То ли потому, что я ревнива и придирчива к тому, что сама отнесла бы к этой "китайскости", то ли потому, что более всего ценю именно авторскую индивидуальность, и меньше всего хотела бы пришивать к китайскому духу тех, кто сам себя в этом духе не укореняет. Знаешь, наверное, Пелевин в рассказах, но не там, где он напрямую обращается к китайской теме.
СК
А кто из российской литературы близок китайской аудитории и почему?
Ирина Чуднова
Это интересная история. Давай не будем брать русскую и советскую классику, с ней всё понятно: Пушкин, Толстой, Достоевский, Чехов, Островский (Как закалялась сталь), Максим Горький.
С одной стороны, много кто переведён на китайский (особенно хорошо это понятно, когда не пропускаешь российский стенд на Пекинской книжной ярмарке, а для меня это профессиональное мероприятие), там презентуются книги, которые делают при поддержке института переводов (китайские авторы переводятся на русский, русские на китайский, и это всё же своего рода упорядоченный процесс), есть также коммерческая история, например, популярна какая-то тема или стиль, и книги такого плана переводятся сериями и потоком, хоть возьми Маринину, хоть Лукьяненко с его «Дозорами», они уже более десятка лет на китайском рынке, но не могу сказать, что выдержали хотя бы второй тираж своих книг или закрепились как авторы и имена.
Но случаются и такие истории. В прошлом году я познакомилась с Евгением Гришковцом и переводчиком его книг на китайский. Китайский бизнесмен работал в Москве, в отрыве от семьи, вечерами было скучно, он начал читать по чьей-то рекомендации книги Гришковца, и так увлёкся им, как автором, что начал всем про эти книги рассказывать. А поскольку не все его друзья и члены семьи знают русский, то решил перевести книгу («Рубашка»), переводил и читал, где-то посередине застопорился, так его подгоняли, дескать, когда продолжение-то? А потом закончил и подумал, что раз знакомым нравится, то, может понравится и другим читателям? Нашёл издательство, принёс свой перевод, и книга увидела свет своим ходом.
Похожая история была с романом Бориса Акунина «Код Ф.М.», переводчица этого романа настолько увлеклась книгой, что приостановила свои бизнес-проекты (а это судоремонтные верфи!), чтобы закончить работу над книгой. Я не могу сказать, что эти романы гремят, современная литература при отсутствии скандального содержания или славы (например, серьёзная премия или большая коммерческая успешность уровня «Гарри Поттера») не просто пробивают себе дорогу, о причинах этого хорошо говорит Те Нин (глава Союза писателей Китая) в своём эссе «Вес чтения», я как-то делала его перевод, если коротко — то современные люди мало читают художественной литературы, и эта тенденция везде. Однако, если переводчик полюбит автора бескорыстной любовью, значит его полюбят и читатели. Может быть, не сразу, но автор войдёт в культурный контекст страны. Это моя точка зрения.
Вообще, в Китае цензура. То есть, например, того же Ван Зайчика не переведут, при том, что наверняка бы читали эти романы, они близки аудитории со всех сторон. Однако, там у главного героя две жены, в современном Китае этот атавизм старой культуры порицается, поэтому не может транслироваться через художественное произведение. Вот так становятся заложниками той самой культурной традиции, в которой работают.
СК
Разумеется, вы пишете или пробовали писать стихи на китайском?
Ирина Чуднова
Я переводила стихи Бронислава Виногродского на китайский, писала что-то вроде юмористических адресов-поздравлений для корпоративных мероприятий. Когда-то на меня большое впечатление произвели стихи Рильке, написанные на русском языке. Вот с тех пор так и сидит глубоко, что этого делать не надо. Потому я не делаю. Но не зарекаюсь. Кто знает, может быть, когда-нибудь что-то во мне потребует такого самовыражения.
СК
Ирина, как организованы поэтические сообщества в Китае? Принято ли декламировать стихи свои или работы известных поэтов в культурных центрах или кафе? Собираются ли вообще по таким интересам специально?
Ирина Чуднова
Ты хочешь знать, как бытует современная китайская поэзия?
СК
Конечно, любопытно то, как обстоят дела именно сейчас.
Ирина Чуднова
Китайцы очень отзывчивы на культурные мероприятия. Когда я организую широкие встречи в рамках литературного сообщества "Вторая Среда", хотя всегда оговариваю, что язык мероприятия русский, обязательно приходят китайцы, и, если объявляется свободный микрофон, точно будет кто-то, кто станет читать. И не всегда на русском, а часто всё же на плохом русском, но это так трогательно.
Поэзия также бытует в сети -- сайты самопубликации, блоги известных поэтов, микроблоги -- типа Твиттера, группы в Вичате. Очень живая среда у молодых поэтов, вечера, а также презентации книг, всё это есть. Но, собственно, литературный вечер организовать крайне просто -- договориться с кафе или рестораном, и дать объявление. У больших поэтов всё серьёзнее, но у них и аудитория шире.
СК
Хорошо. Спасибо. Давайте об Ирине без вкраплений Китая поговорим. Вы же уделяете немало времени работе с прозой, насколько мне известно. Какие жанры предпочитаете?
Ирина Чуднова
До активного периода в сети я сочиняла стихи, которые показывала так или иначе другим, и что-то вроде дневниковой прозы, этакие заметки для себя, которые не показывала никому, это был мой способ созерцательной рефлексии. Когда я активно залезла в сеть со своими стихами (это был 2000-й год, до этого года четыре была читателем различных ресурсов) и начала общаться, я неожиданно для себя стала писать что-то в прозе. Потом начала организовывать и судить конкурсы фантастики, следовательно, нужно было и самой попробовать этот жанр. Так оказалось, что мне близок магический реализм, в нереалистической прозе я люблю работать с мифами, с философскими темами, мне нравится писать о красоте мира и предназначении человека, о творчестве. Неожиданно меня стали приглашать публиковаться, и практически всё, что у меня напечатано, это по просьбе издателей и составителей различный сборников. Несколько лет пишу повесть. Специально собирала для неё материал, но пока сделано не больше десяти процентов, и видимо, опять буду переделывать.
То есть, я бы себя определила, как автора стихов и короткой прозы, преимущественно тяготеющей к магическому реализму или нереалистической, также я написала какое-то число журнальных материалов на китайскую тематику, в том числе и для журнала «Вокруг Света», взяла несколько интересных интервью с китайскими деятелями искусства, перевела какое-то количество художественных текстов. И всё это благодаря рунету. Не будь сайтов самопубликации, ЖЖ и так далее, я не сделала бы и десятой части.
СК
А вот я, например, наслышан, что вы имеете отношение к организации и судейству прозаических произведений на территории рунета. Расскажете?
Ирина Чуднова
Конкурсы фантастики. Случилось так, что в период, когда я начала активно публиковаться в сети, фантасты и фэны были одной из самых активных и сплочённых страт в Рулинете. В те времена (это конец 90-х начало нулевых) в сети только складывались сообщества пишущих. Из фантконкурсов первой была Рваная Грелка, зародившаяся на форуме Нуль-Т, и первые два захода назывались «Конкурс 48 часов». Максим Мошков решил, что «нам тоже надо». Но не клонировать то, что у ребят на нульте, а сделать свои конкурсы. Так, зимой 2001-2002-го года появился Блэк Джек. И существует уже 18-ть сезонов. Мы делали его не таким, как Грелка, кто ж знал, что со временем разного рода фантастических конкурсов будет, как грибов в осеннем лесу. Тогда же я стала его координировать, судить, работать с организационной частью, время от времени играю и сама. За эти годы многие современные фантасты, которые давно состоялись как профи, в начале авторского пути выигрывали и занимали призовые места на Джеке. Были и другие конкурсы, к которым я имею отношение, но основной, конечно этот.
СК
У вас есть собственное представление о том, как создать продаваемую фантастическую, мистическую, философскую прозу в современном мире? Что нужно, кроме кропотливой работы, терпения и таланта?
Ирина Чуднова
Продаваемую (то есть, коммерчески успешную) прозу на современном падающем (во всех странах!) книжном рынке. Собственно говоря, тут всё просто и сложно. Вопрос полёта и таланта, наличия времени и авторских амбиций. Допустим, автор хочет написать то, что возьмут издатели (ну, чтобы не за свой счёт в принт-он-деманд издавать), следовательно, нужно походить в большом книжном своего города и посмотреть, что стоит на полках в том разделе, куда он нацелен. Посмотреть серии, многие книги сейчас продвигаются именно сериями, и там важна «вписанность» по тематике, объёму, и так далее, ибо читатель подсаживается на определённый продукт, и нужен такой же, но другой. Потом пишется синопсис, пара-тройка глав, описания героев и локаций. И можно идти к издателю. Глядишь, получится взять гонорар и встать в серию. А потом расти. Примерно так рос, например, Алексей Пехов, Виталий Романов, Владимир Данихнов, Шимун Врочек, Майк Гелприн, Карина Шаинян, Юля Остапенко и множество других. Помимо прочего, у фантастов есть конвенты и прочие события, где встречаются авторы, читатели, издатели, там бывают мастер-классы известных авторов и можно выбрать себе мэтра по вкусу и научиться у него.
Можно запереться в своей творческой лаборатории и создать то, что хочется и как хочется. Может быть, это будет новый Стивен Кинг. Потом как-то издать это и номинироваться на одну из книжных премий, возможно перед этим постаравшись попасть в поле зрения авторов, которые не гнушаются работой с начинающими не раскрученными именами. Глядишь, увидят в твоём тексте особенное, и помогут ему прийти к читателю (известно же, что без раскрутки, увы, сейчас очень трудно выстрелить). Также стоит следить за конкурсами издательств. Разумеется, нужно уметь общаться и дружить, понимать, кто и что издаёт и на что можно рассчитывать. Очень важно, чтобы кто-то в тебя поверил, но не менее важно, чтобы ты поверил в себя сам. Иным приходится написать несколько романов, прежде чем получится тот самый. А некоторые бесконечно переписывают свою главную книгу.
Очень советую присмотреться к молодым авторам, получающим премии вроде «Нацбеста» или «Букера».
СК
Среди прочих собственных стихотворных работ могли бы назвать самую удачную, любимую?
Ирина Чуднова
Любимое на данный момент стихотворение «..и ласточка мутирует к сове», которое на внутреннем авторском кухонном языке называется «..и ласточка мутирует везде» :) https://poembook.ru/poem/1803748-i-lastochka-mutiruet-k-sove
Любимое, потому что самое медиумическое, самое отстранённое от моего личного из написанных за последние полтора года, самое парадоксальное, вынутое из единственной случайной строчки-образа, и раскрученное, словно нитка с нездешнего, потустороннего клубка. Стихотворение, после которого в мою жизнь странным образом вошли конкретные сосна и сирень, и полоска света, и «безуминка» в глазах нескольких слушателей, которые говорили: «это про меня, это я когда-то вот так боялся темноты, грозы, и смерти». Одно из немногих написанных мной стихов, которое можно читать бомжам и алкоголикам (я пробовала), и они не покрутят у виска, мол, заумь и эстетизм. Может быть, самое настоящее, из всего, что я написала на данный момент.
СК
Хочется немного узнать о вашем личной жизни. Что угодно, что сами посчитаете нужным рассказать, Ирина
Ирина Чуднова
Замужем.
СК
Ответ ответов!) Прошу вас, Ирина, немного о Поэмбуке и тех авторах, чьё творчество вам наиболее близко.
Ирина Чуднова
Сложный вопрос. Я очень всеядна и любопытна. Мне интересны люди вообще и пишущие люди в частности. Поэтому я принимаю, например, приглашения посудить тот или иной конкурс и сама участвую, особенно на поэмбуковских, они такие легковозбудимые.
Имена :-) не назову, потому, что обязательно забуду кого-то близкого, симпатичного, созвучного, крайне интересного, просто, скажем, давно не заходившего, или ещё не прочитанного мной, но уже для чтения намеченного. А вообще я существую на разности потенциалов, мне нужно видеть и высокое, и низкое, удачное и крайне провальное, простое, как три копейки и сложное, я люблю авторскую индивидуальность, даже если какие-то стихи самобытного или начинающего автора не заходят, это ничего не значит, может через полгода попадут в настроение. Эти же самые. Я — зануда, так что часто возвращаюсь к уже известному.
И ещё, мне очень важно понимать, не только, как я хочу писать, но и как именно я не хочу писать и почему, например, потому, что так пишут многие, или потому, что мне понятна абсолютно архитектура текста (я знаю, как он устроен, из чего он сделан), для меня в этом нет элемента исследования, а я всё-таки исследователь, или я читаю и знаю, что тут будет обязательно, какой приём точно использует этот автор, и вот так я не хочу, я хочу, чтобы там было нечто сверх, какая-то магия.
Очень часто разговоры и мысли вокруг прочитанных стихов оказываются важнее, и чаще они возникают вокруг того, что так или иначе «не моё», поэтому «не моё» интересно априори. Моё тоже интересно. Но, чёрт, вам бы мою всеядность, вам бы чувствительность моих читательских желез! Мою читательскую ветреность, моё склонное к измене сердце! :-) Вы бы никогда ни про одного автора не сказали бы, что он не нужен. Он обязательно, для чего-то нужен именно вам. Да, тот самый, стихи которого сегодня «не зашли». Объясните самому себе, почему не зашли. Вы станете богаче.
СК
Ирина, искренне благодарен вам за интервью. Если вы что-то очень хотели сказать, а я так не спросил – пожалуйста.
Ирина Чуднова
Больше всего среди человеческих качеств я ценю благородство и милосердие. И надеюсь, что сделанное мной хоть на сколько-то переживёт меня.
Автор лучшего вопроса, как, впрочем, и всегда, будет премирован 15 золотыми.
